Сергей Коломиец и Евгений Кузьмишин представляют: Каменные сны Стивена Крейна

Макс Фрай

Страшные тайны "Голубого Отеля"

Материал с сайта: http://www.guelman.ru/frei/

Рана необъяснимо возвышает человека в глазах окружающих. Здоровых людей смущает это незнакомое им и пугающее величие. Рука раненого как будто готова приподнять завесу над всеми тайнами бытия, и тогда муравьи и властители, войны и города, мнег и солнечный свет и перо, выпавшее из крыла птицы, - все обретает свой подлинный смысл.
Стивен Крейн "Военный эпизод".

Стивен Крейн прожил на свете двадцать восемь с половиной лет. Он родился в 1871 году и умер от чахотки на рубеже веков, в 1900. Тем не менее, он успел побывать на войне, написать целый ворох странных стихов и коротких, обескураживающе отчаянных новелл - немногим дано так мужественно и лаконично распорядиться своей жизнью. Ангел-хранитель американской реалистической прозы, он одним из первых начал разрабатывать бесплодный по тем временам участок, впоследствии оказавшийся золотоносным; следом за ним туда пришли знаменитые кладоискатели Уильям Фолкнер, Эрнест Хемингуэй и иже с ними.

Книга новелл Стивена Крейна "Голубой отель" в прошлом году вышла в издательстве "Текст"; поначалу новеллы кажутся простыми и безыскусными, но оставляют на губах горький полынный привкус, и неотвязными наваждениями преследуют читателя даже после того, как тот закрывает книгу. Вот что значит - проза, вышедшая из-под пера поэта: она обладает таинственным внутренним ритмом, который впечатывает ее в память читателя. Проза Стивена Крейна "портит кровь", ею приходится переболеть; впрочем, я не советую вам торопить выздоровление: этой изысканной отравой следует наслаждаться.

Наверное, читатель казался Крейну наивным ребенком, не способным к самостоятельному мышлению (впрочем, американский читатель рубежа веков, весьма вероятно, и был таким ребенком). Его новеллы немного похожи на задачки по арифметике, ответы на которые не только просты и очевидны, но и приведены в конце учебника. "Стремительность юности", первая новелла в сборнике "Голубой отель" поражает простотой замысла и достоверностью исполнения; вторая, "Темно-рыжая собака" - почти отталкивает брутальной, бескомпромиссной безжалостностью. В то же время, прочитавший хотя бы эти две новеллы обречен: уже невозможно отложить книгу в сторону - в частности, потому что Стивен Крейн пишет исключительно о вещах невыразимых и таинственных. Он говорит о них столь просто, откровенно и прямолинейно, что поначалу испытываешь некоторую неловкость, как барышня, в присутствии которой бранятся матросы (в сущности, непристойная брань - самый простой и общедоступный способ называть вещи, о которых не принято говорить вслух, своими именами).

Он чувствовал, как его оглушенное сознание шарит в поисках формы и цвета того, что с ним происходит. И удивлялся, почему мучительный страх не вонзается в его душу острым ножом. Он недоумевал, ибо человеческая сущность веками громко твердила, что люди должны бояться того, или этого и что все те, кто не ощущает страха, - это особенные создания, герои.
Стивен Крейн "Тайна героизма".

Пожалуй, мне еще не доводилось встречать текст, в котором природа бесстрашия была бы препарирована и описана с такой вызывающей достоверностью, как это удалось Крейну в новелле "Тайна героизма". Сперва страх показаться смешным оказывается сильнее страха смерти, а потом беготня под снарядами с полным ведром воды (что касается новеллы - это отнюдь не метафора), ужасающая стороннего наблюдателя, становится просто эпизодом твоей жизни, коротким и бесконечным "здесь и сейчас", от которого некуда спрятаться.
Значит он - герой. Коллинз испытал то разочарование, которое постигло бы нас всех, если бы мы обнаружили, что сами способны на подвиги, которыми столь восхищаемся в истории и в легендах. Так вот, значит, что такое герой! В конце-то концов герои немногого стоят.

Герой по Стивену Крейну - "непрошеный пришелец в краю высоких подвигов". Способность испытывать страх возвращается к нему, когда он впервые понимает, что спасение возможно; подвиг же его оказывается бесполезен: с самого начала известно, что его товарищи отнюдь не умирают от жажды, а просто хотят пить; впрочем, даже удовольствия никто не получил: ведро опрокинулось, вода пролилась. Метафорическое "ведро", кстати сказать, тоже обычно опрокидывается и оказывается пустым. Впрочем, у этой простой задачки есть великое множество ответов. Каждый может выбрать по вкусу... В новелле "Иллюзия в красно-белых тонах" Стивен Крейн с присущей ему прямотой демонстрирует человеческую способность замещать реальную картину мира навязанной извне фальшивкой - это еще одна из общеизвестных "тайн", о которых не принято говорить вслух... по крайней мере, не слишком часто. Сам Крейн не навязывает читателю никаких иллюзий, он не предлагает нам ни единого цветного стекла. Он видит вещи такими, какие они есть (как ни странно, это свойственно многим поэтам), и даже его "Серое существо" - не вымысел фантазера, а еще одна попытка сказать правду - кажется, все прочие фокусы, которые можно проделывать со словами, его никогда не интересовали...

- Правда, - сказал другой странник, -
Похожа на вздох, на легкий ветерок,
Неуловимую тень или виденье.
Долго гнался я за нею,
Но ни разу не коснулся
Даже края ее одеяния.
 

© 2001 Сергей Коломиец - Дизайн
© 2000 Евгений Кузьмишин - Переводы